Одним из самых обсуждаемых событий последних дней стало выдворение из «ДНР» известных волонтеров донецкой группы «Ответственные граждане». Словно по иронии судьбы, после жизнеутверждающего поста в соцсети о том, что в Донецк наконец-то начали возвращаться люди, основателя группы Энрике Менендеса вместе с коллегами вызвали на допрос в «МГБ» «ДНР», а после — депортировали с неподконтрольной территории.

Поздно вечером волонтеров высадили в чистом поле на нейтральной полосе близ кураховсого блокпоста. Ожидание в темноте, автоматная очередь и дорога по минному полю — это была одна из самых неуютных ночей в жизни, признается волонтер.

Тем временем в соцсетях на активиста сыплются тысячи язвительных комментариев — центристскую позицию Менендеса яростно критикуют с обеих сторон линии разграничения. Сейчас основатель «Ответственных граждан» находится в Киеве и нашел время, чтобы поговорить с журналистом «КП» в Украине». 

«Людей гнетет нестабильность»

— Энрике, вы часто перемещаетесь по линии Киев — Донецк — Москва. Не было ли опасений, когда выступаешь в разных эфирах, что слова переврут? И не получится приблизительно как с Мариной Черенковой (еще один лидер «Ответственных граждан», задержанная в Донецке в том числе за открытое неприятие новых «властей»)?

— Это происходит постоянно. К сожалению, люди в условиях конфликта склонны воспринимать мир в черно-белых тонах. Они или не так понимают, или вкладывают в мои слова смысл, которого я не вкладывал, или откровенно лгут. Но это судьба, которую я для себя сознательно выбрал. Я понимаю, что, когда ты не поддерживаешь ни одну из сторон, ты неизбежно станешь врагом их обеих. А принципы… Они должны быть стабильными и не должны меняться в зависимости от конъюнктуры. Первый мой принцип — это уважение к человеческой жизни, второй — решение конфликта при помощи диалога и разумных компромиссов. И я все равно буду их отстаивать, даже понимая, что сейчас я враг и там, и здесь. 

— Можете ли вы очертить главные гуманитарные проблемы региона?

— Гуманитарная потребность в Донбассе уже сместилась с продуктов питания в сторону материалов для восстановления нормальной жизни людей. Нужна работа, нужны стройматериалы, нужны лекарства — многие дончане сейчас не могут позволить себе купить необходимые медикаменты. И по психологической части: людей гнетет нестабильность, слишком маленький горизонт планирования, чувство собственного достоинства радикально понизилось у безработных, у стариков, которые ощущают свою ненужность. 

Люди начинают страдать такими формами, как гуманитарная наркомания или социальное иждивенчество, и не представляют свою жизнь без получения гуманитарной помощи.  

«Ответственные граждане» умудрялись привозить помощь едва ли не на передовую. Фото: Личного архив Энрике МЕНЕНДЕСА

«Окончательно примириться мы сможем через 5 — 7 — 10 лет»

— Каким образом смогут найти общий язык люди, сейчас воюющие друг против друга?

— Это очень сложный процесс, который нельзя пускать на самотек, ведь есть регионы, где конфликты длятся десятилетиями. Мириться нужно, и лучше это сделать как можно раньше.

Первый шаг — это осознание проблемы. Мы должны понять, что антагонисты в обществе есть и никуда они не денутся. К сожалению, пока мы и близко не подошли к этому этапу. Я не слышу даже серьезных предложений реального решения ситуации. Если объективно, то остро проблема будет стоять для общества еще года два, а окончательно примириться мы сможем через 5 — 7 — 10 лет. 

— Случай с вами и другими выдворенными свидетельствует о том, что в Донецке началась «охота на ведьм» или же оттуда выживают все украинское?

— К выживанию всего украинского я бы не стал относить эти случаи, однозначно. Вообще в Донецке сейчас происходят довольно сложные процессы, которые невозможно обрисовать в двух словах.  

Я бы назвал это свое-образной ломкой — система власти централизуется, устанавливает жесткие правила, чтобы обезопасить саму себя. Все, кто не хочет играть по правилам, выдворяются. Вот и мы в эти правила не вписались — возможно, позволили себе какие-то неосторожные шаги. 

«Я обязательно вернусь»

— Полтора года «Ответственные граждане» умудрялись как-то работать в Донецке без регистрации. Это практически не реально. Как у вас это получалось?

— До некоторых вещей у местных властей дошли руки только сейчас. Во время самой острой фазы боевых действий и блокады мы выполняли важные социальные функции, и они закрывали на нас глаза. Сейчас гуманитарная ситуация исправляется — люди уже не голодают. Вот и обратили на нас внимание.

Скажу честно, поначалу я воспринял наше выдворение как нож в спину, но, поразмыслив, пришел к выводу, что произошедшее — естественный процесс. Я не тот человек, который сразу будет сыпать проклятиями в адрес всех и вся в случае неудачи. Наше выдворение я воспринимаю как повод поговорить и договориться. Уверен, что в ближайшее время ситуация может кардинально поменяться, и в Донецк я обязательно вернусь. 

— Какие у вас дальнейшие планы на жизнь, чем будете заниматься?

— Прежде всего — спасением Марины Черенковой, обеспечением безопасности наших сотрудников, которые остались в Донецке. К тому же у «Ответственных граждан» осталась часть активов в Луганске — попробуем продолжить свою работу там. Никогда не строил планов на политическую карьеру, но сейчас понимаю, что мы как граждане обязаны сами влиять на то, что происходит на нашей земле. И если я буду видеть, что в сфере политики смогу сделать свою страну лучше, то почему бы и нет? 

СПРАВКА «КП»

Инициативная группа «Ответственные граждане» создана в июне 2014 года. В нее вошли люди, которые решили оставаться в Донецке и помогать мирным жителям, пострадавшим от боевых действий.

Волонтеры возили гуманитарку в самые опасные уголки Донецка и другие города на неподконтрольной территории, а также в «серую зону». В сотрудничестве с фондом Рината Ахметова и иностранными благотворительными организациями «Ответственные граждане» снабжали продуктами, медикаментами и детскими вещами самых незащищенных жителей Донбасса — стариков, одиноких мамочек, малышей, лишенных родительской опеки.

ОЦЕНКА

«Политики заигрались»

— Как считаете, на момент начала конфликта в Донбассе можно ли было решить вопрос по-другому — без крови? И как нужно было действовать?

— Конечно, можно было обойтись гораздо меньшими потерями. С самого начала надо было проявить большую настроенность на компромисс, нужно было договариваться с местными элитами. Очень сильно в тот момент сыграла роль агрессивная риторика. Люди стали слишком радикально настроены друг к другу, а политики заигрались, решили, что смогут консолидировать вокруг себя электорат с помощью громких лозунгов. В какой-то момент ситуация вышла из-под контроля.

Второй фактор — это отношения с Россией. Настроения на Майдане были радикально антироссийские, и здесь тоже нужен был компромисс. 

— Что вы думаете о минских переговорах и их перспективах? 

— Минские переговоры не имеют никакой альтернативы в качестве средства остановки военных действий. И они, конечно же, дадут результат. К сожалению, пока создается впечатление, что только внешние политические игроки решили заставить стороны соблюдать условия договора. А сами стороны сопротивляются. Но я убежден, что этот год станет весьма плодотворным — боевые действия прекратятся, и мы заложим основы для политического и экономического диалога.

Комментарии запрещены.

Навигация по записям